У нас нет свободной комнаты, вздохнула дочь, когда я переступила порог с чемоданами.
Мама, всё собрала? Документы при себе? Наталья нервно перебирала прядь волос, стоя у кухонного окна.
Что, совсем старухой меня считаешь? отмахнулась Мария Семёновна, в третий раз проверяя сумку. Паспорт здесь, деньги в кошельке, таблетки… А халат-то забыла! Наташ, где мой ситцевый халат?
В шкафу висит. Мам, может, не стоит его брать? У Лены наверняка есть что дать.
Мария Семёновна замерла, вглядываясь в дочь.
Наташенька, я ведь не на день еду. Леночка позвала в гости, отдохнуть от городской суеты. Воздух там чистый, река рядом. Ты сама говорила, что мне полезно.
Говорила, говорила… Наталья отвернулась к окну. Только не знала, что Сергей опять без работы останется. Уже третий раз за год.
Мать подошла ближе, положила руку на её плечо.
А ты мне ничего не рассказывала. Что случилось?
Да что рассказывать! Новый начальник пришёл, команду менять решил. Серёжу первым под сокращение. Опыт не в счёт молодых берут, за копейки готовых горба.
Мария Семёновна покачала головой, присела на табурет.
Тяжело вам сейчас, понимаю. Может, мне остаться? Чем-то помочь…
Не надо, мам. Поезжай. Лена ждёт, всё приготовила. Наталья попыталась улыбнуться, но улыбка вышла натянутой. Отдохнёшь, силы наберёшься.
Мария Семёновна хотела возразить, но зазвонил телефон.
Алло? Мама? Это я, Ленка! Как ты, приедешь? Я уже всё убрала, комнату проветрила, постель свежую постелила!
Еду, родная. Наташка сейчас на вокзал отвезёт.
Отлично! А то я уж забеспокоилась. Мам, я так соскучилась! У нас тут яблони цветут, воздух просто чудо. Ты сразу почувствуешь разницу после вашего смога.
Хорошо, Леночка. Скоро увидимся.
Мария Семёновна положила трубку, взглянула на Наталью.
Видишь, как рада. Полгода не виделась.
Ага. Рада. Наталья взяла ключи. Пойдём, мам, а то опоздаешь на поезд.
Дорога до вокзала прошла в молчании. Мария Семёновна пыталась заговорить, но дочь отвечала односложно, будто мысли её были далеко.
Наташ, может, я правда останусь? Чувствую, тебе сейчас нелегко.
Мам, хватит. Всё нормально. Не первый раз Сергей без работы, что-нибудь найдёт.
А как с деньгами? Чем жить будете?
Наталья резко затормозила на светофоре.
Как-нибудь. У меня зарплата есть, ему пособие начислят. Не пропадём.
Но ипотека…
Мам, пожалуйста! Не лезь в наши дела. Мы взрослые, сами разберёмся.
Мария Семёновна вздохнула, отвернулась к окну. На душе стало тревожно. Наталья никогда так с ней не говорила.
На вокзале, провожая мать к поезду, Наталья вдруг крепко обняла её.
Прости, мам. Я сегодня какая-то злая. Нервы сдают.
Я понимаю, родная. Если что звони. Приеду.
Хорошо отдохни. И Ленке привет передай.
Поезд тронулся, и Мария Семёновна помахала дочери из окна. Наталья стояла на перроне, пока состав не скрылся за поворотом.
Лена встретила мать на станции с букетом черёмухи.
Мамочка! Наконец-то! обняла она Марию Семёновну. Как дорога? Не устала?
Ничего, доехала нормально. Ты как похорошела, Ленок! Загорелая, румяная.
Это здешний воздух. Тут жить не в городе чахнуть. Пойдём скорее, дом покажу!
Дом оказался уютным небольшой, но светлый, с палисадником и видом на реку. Лена гордо демонстрировала новые занавески, покрашенные полы.
А здесь будешь жить ты, распахнула дверь в комнату с двумя окнами. Утром солнце светит, вечером реку видно.
Красота. А где же Витя?
На работе. Вечером придёт, обрадуется. Всё вспоминает твои пироги.
Напеку, не переживай. Мария Семёновна села на кровать. Хорошо у вас. Спокойно.
Да, мам. Нам тут хорошо. Витя работу нашёл, я подрабатываю. Скоро детей заведём.
Вот и славно! Внуков мне дождаться.
Лена присела рядом, взяла мать за руку.
Мам, а как Наташка? В прошлый раз грустная была.
Проблемы у них. Серёжу уволили, денег не хватает.
Опять? Да как же так…
Не везёт ему. Наташа переживает.
Лена задумалась.
Может, им сюда переехать? Работы хватает, жильё дешёвое. Я Вите скажу, пусть поспрашивает.
Не знаю, дочка. Они же городские. Да и квартиру бросить ипотека не выплачена.
Ну да, сложно… Лена встала. Ладно, мам, отдыхай, а я ужин приготовлю.
Вечером Витя искренне обрадовался теще. Сидели на крылечке, пили чай с мёдом. Мария Семёновна чувствовала, как усталость тает в этом тихом месте.
Прошла неделя. Мария Семёновна помогала по хозяйству, гуляла, звонила Наталье. Разговоры были короткими, напряжёнными.
Как дела, дочка?
Нормально. Сергей собеседования проходит.
А ты как?
Устаю. Но ничего.
Может, я приеду?
Не надо. Отдыхай у Лены.
Но Мария Семёновна волновалась. Голос дочери звучал всё усталее.
Лен, я домой поеду, сказала она утром. Беспокоюсь за Наташку.
Мам, ты только приехала! Я столько планов…
Сердце не на месте. Чувствую, ей плохо.
Лена вздохнула.
Хорошо. Витя на станцию отвезёт.
В дороге Мария Семёновна не находила себе места. Наталья не брала трубку.
Вечером она стояла у двери своей квартиры. Долго стучала дверь была на запоре.
Наташ? Это я!
Дверь открылась. Перед ней стояла осунувшаяся дочь с покрасневшими глазами.
Мама? Ты же у Лены…
Что случилось?
Ничего. Просто устала.
В прихожей стояли коробки, на столе лежали бумаги.
Наташенька, где Сергей?
Дочь опустилась на диван.
Ушёл. Насовсем. Сказал, что мы друг другу мешаем.
Мария Семёновна обняла её.
Доченька… А я думала, просто с работой беда.
И с работой. Но это уже не важно. Наталья подняла глаза. Мам, я квартиру продаю. Не потяну ипотеку одна.
А где жить будешь?
Сниму что-нибудь.
Может, ко мне?
Мам, у тебя однушка. Где я там?
Как-нибудь. А может, к Лене? Она же звала.
Не хочу обузой быть.
Вечером они сидели, обнявшись. Иногда говорили, чаще молчали.
На следующий день оформляли продажу квартиры. Покупатели оказались сговорчивыми.
Знаешь, мам, даже легче стало, призналась Наталья по дороге домой. Как гора с плеч. Ипотеку закрою, останется немного.
А дальше?
Устроюсь как-нибудь. Может, к Лене всё же поеду. Она вчера звонила, звала.
Поезжай. Воздух хороший, люди добрые.
Наталья остановилась.
А ты со мной?
Я? Зачем? У меня тут всё квартира, знакомые, врачи…
Но одной тебе будет грустно.
Мария Семёновна улыбнулась.
Не грустно. Привыкла. А к вам в гости буду наведываться.
В день отъезда Наталья собрала только самое необходимое.
Остальное продам, сказала она, оглядывая пустые стены. Всё равно не нужно.
Верно. Новая жизнь новый путь.
На вокзале Наталья расплакалась.
Мам, прости. За грубость, за то, что молчала… Стыдно было признать, что всё рушится.
Вздор. Всё только начинается. Мария Семёновна крепко сжала её в объятиях. Поезжай. Лена тебе рада будет, Витя работу найдёт. А я скоро навещу.
Обязательно приезжай.
Поезд скрылся из виду. Мария Семёновна медленно пошла домой. В пустой квартире было тихо, но не тоскливо. Она знала сделала правильно.
Через неделю позвонила Наталья. Голос звенел:
Мам, нашла работу! В школе историю преподавать буду.
Вот и славно! А жильё?
Пока у Лены. Говорит, не спеши, поищу что получше.
Ленка добрая. Всегда такой была.
Да, мам. И знаешь? Я давно так не спала. Здесь… спокойно.
Мария Семёновна улыбнулась. Всё будет хорошо.
Вечером она писала письмо Лене благодарила за доброту. Иногда лучшая помощь просто быть рядом.
А наутро зашла в турагентство выбирала путёвку на юг. Дети нашли свой путь. Теперь её очередь жить для себя.
У нас нет свободной комнаты, сказала дочь тогда. И была права. Нет лишних комнат как нет лишних людей. Есть время и место для каждого. И родительская мудрость в том, чтобы это понять и принять.
